Янтарь

***

Ты похож на мягкую игрушку, плюшевого мишку,
Мы не сумели спастись ни на воде, ни даже на суше.
Зря менялись ключевыми фразами, любимыми книжками…
Я не хотела, я правда не хотела запасть тебе в душу.

Ты стал мне спасением от не-раз-делимых горестей,
Ты дал мне возможность дышать — кто мог добрее и лучше?
Теперь в тебе зреет печаль, осенняя, острая.
Я не хотела, я правда не хотела запасть тебе в душу.

Я переведу в точности стихи на чужой язык, на не-мой,
Но не заглушить бъющее внутри, помнится не то, хоть убей,
В середине слов, этих глупых слов угнездилась боль, дорогой,
Так не может быть, так оно и есть, мы обречены, сами по себе.

10.12.2004 — 07:22

 

***

Маски.
Одна плачет от боли в сердце,
Другая хохочет, пытаясь ее спрятать,
Третья молчит, ожидая своего хода.

За ними — спящая сила,
Способная двигать горы,
Способная осушать реки,
Способная вырезать маски.

Я. 1.10.2004 — 03:35

 

Глупая птичья сказка

Жила-была неразумная девочка. Всем остальным куклы, сладости, платья подавай, а ей — нет, ей, конечно, тоже, но лучше — замуж и летать. Родителей и подруг она замучила своим хныканьем: хочу птичкой… хочу мужа! Ну, ей, как обычно, отвечали на вы: вырастешь, выйдешь, выкини из головы глупости. Разбежались… Все мечтания схоронила в потаенном шкафчике сердца, сохранила, и ничего — выросла, косы обстригла, ресницы накрасила. Тут и жених завелся — краси-ивый! Глаза синие, губы красные, волосы желтые! Не мальчик, а радуга! Уж и свадьба на девочкином носу вечнушчатом… с вечными веснушками курносый нос у нее был. Не по земле ходит девочка, а по небу летает — летает! — в белом платье. Только вот незадача, после дождичка в четверг скрылся ее разлюбезный в голубой дали, проще говоря, ушла радуга-дуга на другую сторону. Земли. И в такую дугу да надолго нашу девочку согнуло… Платье белое в шкафу повесилось… Крылья невидимые пообломались…

И вот уселась она как-то на краю крыши, ноги босые на улицу свесила и задумалась. Сидит на ветру, пальчиками шевелит. Птичкой, думает, птичкой хочу. Как умею, так и хочу.

А надо сказать, что за всеми девочкиными метаниями дежурный по жизни ангел следил. Переживал — очень: уж больно душа крылатая попалась. Плюнул он наконец на принцип невмешательства и полетел общаться. «Хочешь, — говорит, — птичкой?» «Да», — девочка отвечает. «Прости, Господи», — подумал ангел и хлопнул девочку белым крылом пониже спины.

Ударилась девочка оземь и пришла в себя оттого, что кто-то ей под ребра палкой тыкал. Смотрит — а вокруг все изменилось. Два человека больших над ней наклонились. Она было встать, а встать не получается. Она было плакать, а слезы тоже не получаются. А вместо слов скрип противный выходит. Вдруг слышит:
— И ничего не дохлая. Трепыхается. Давай ее себе возьмем!
— Брось бяку. На нее рыбы не напасешься.

И ушли. Замерло у девочки сердце: встала девочка чайкой. Подпрыгнула, руками оперившимися замахала — и полетела к морю.

С тех пор на берегу жила-поживала, птенцов наживала. Белых и пушистых. А ангел получил по шее за самодеятельность. Тут и сказке конец, а кто слушал, сам такой.

11.10.2004 — 08:00

Нер(о)вное

***
Перстни ее серебряны, соломоновы,
Пальцы ее ритмично стучат по дереву,
Лезут в глаза прядки соломенные:
Откровение за откровение.

Ты — золотое яблоко,
Он — вороново крыло.
Торопилась бабочка под стекло,
Летела, летела, падала.

Ты — принцесса Сахар Медовна,
Он — мальчик со злым оружием.
Что ты ждешь, жаждешь его, словно
Это он — твой ряженый-суженый?

Перстни ее серебряны, соломоновы,
летела, летела, падала…
Гордостью и нежностью коронована,
Вздыхала и пахла ладаном,
Плакала…

9.11.2004 — 04:51

Грустная сказка. Малышу.

Среди огромного синего моря был небольшой остров. Назывался он Ирландией или как-то иначе — не имеет значения. На этом острове жила-была у подножия холма, на теплом плоском камне ящерица. Она была маленькая, но уже довольно большая — граммов триста. У нее был длинный красивый хвост изумрудного цвета, чешуйчатый гребень и глаза навыкате. Она чувствовала себя немного одинокой, так как среди ее сородичей шла непрекращающаяся гражданская война, а ящерица была пацифисткой по духу. И вот однажды, солнечным утром, когда она грелась себе потихоньку в траве…
Тут надо добавить, что по соседству стоял среди зеленых холмов дом с красной черепичной крышей и леденцовыми окнами, с деревянным крыльцом в три ступеньки. И уродились там недели три назад котята — пушистые, белые комочки с мягкими лапками. День-деньской играли и возились они на солнышке. И вот один из них, прирожденный приключенец и исследователь, выбрался из-за ограды и отправился странствовать. Прыгал он, прыгал за солнечными зайчиками, и вдруг…
Да, правильно, он наступил ящерице на хвост. Ящерица так удивилась, что даже не цапнула котенка за лапку, и он стал долго и весело пред нею извиняться. Тут они, конечно, подружились, и до вечера играли в прятки среди зеленой, изумрудной травы. Чаще выигрывала ящерица, так как у нее было преимущество в цвете. И ни разу за все это время ей не было скучно. И ни разу ей не было одиноко. И вот она поняла, что больше не может жить без этого милого, ласкового, пушистого котенка. Ты ведь не уйдешь от меня насовсем, спросила она, ты вернешься? Да, вернусь, сказал котенок, приятно было познакомиться, помахал ей лапкой и ускакал домой в сгущающихся сумерках. А ящерица уселась ждать, потому что у нее была надежда.
Но котенок, легкомысленный, привыкший к шумному обществу своих братьев и сестер, наутро совсем позабыл про ящерицу и отправился странствовать совсем в другую сторону. И больше никогда он не пришел на теплый плоский камень играть в прятки. Он вырос, оказался кошкой и в свое время родил других пушистых белых котят.
Ящерица тоже выросла. Из-за психической травмы, полученной в детстве, она всегда была угрюмой и молчаливой. Тем не менее, а может быть, именно поэтому, она стала вождем всех ящериц этого острова и прекратила войну меж ними, основав централизованное государство с монархической формой правления. Но, поскольку она не нашла и не искала себе пары, династия на ней и закончилась, и после ее смерти государство распалось.
И одно по-прежнему внушает надежду на лучшее: на этом острове все еще рождаются под солнцем новые зеленые ящерицы и новые белые котята.

10.11.2004 — 08:02

только что подсунула сестренка бамажку с нижеследующим
вполне симпатишным моностихом:
«А в окна мне стучат морские кто-то…»
🙄 (с)Арафель

15.11.2004 — 03:44

***

Не смотри назад, Эвридика, там твой дом уходит под воду,
Не смотри назад, моя милая, на корабле я поведаю правду,
Мы будем с тобою долгие, долгие годы,
Не смотри назад, или ты не вернешься из ада.

Там холодные, соленые струи
Смывают пороги, бьют в закрытые ставни,
В них все города и все цветы утонули,
И земля превращается в дно и песком порастает.

Не смотри назад, Эвридика, море всех повстречает однажды,
Не смотри назад, моя милая, ты еще узнаешь причину,
Не молчи, или флейте становится слишком страшно,
Не смотри назад, я тебя никогда не покину.

Зачем ты плечо мое отпустила?
Море, не тронь ее, а иначе…
Но уже солоны твои губы, отдают илом,
И вот я тоже молчу, задыхаюсь, плачу.

23.05.2005 — 03:46

 

Конопляночка

Деточка, научи петь и пить свою тень,
Я закрою глаза, представлю твой тесный дом.
Двенадцать прозрачных стен и молоток,
Ты хочешь наружу, но двигаться слишком лень.

Деточка, слепи из зерна и травы пирожок,
Чтобы он дымился и пах древесной смолой.
Накорми свою тень до отвала, пуская растет,
Вырастет — новая будет болтаться у ног.

Когда их станет двенадцать — пора бежать,
Двенадцать пар крыльев ломают любой замок.
Зерно конопли, конопляночка и пирожок,
Деточке в клеточке тесно, пустите летать.

1.11.2005 — 03:26

Рождественская открытка.

Движение ветра за чайными стеклами окон,
С другой стороны мы укроемся от декабря.
Наш тающий мир свежим запахом хвои заполнен,
И свечи, и белые свечи на окнах горят.

Все будет, все будет, все будет совсем по-другому,
И только капустницы ринутся снова на свет,
На желтый фонарь на углу деревянного дома,
Последний кусочек мозаики прожитых лет.

Прожито, прошито, просыпано смехом и солью…
Под белым, волшебным, наивным крылом витража,
Промытом любовью, старинной водою живою,
Пригрейся и слушай, как времени струйки шуршат.

21.12.2005 — 04:00

***
Ясный полдень, кофе выкипает в турке,
Ясен пень, тебе совсем неинтересно,
На каком уехал утренний Снусмумрик,
С кем теперь он так беспечно честен.

Слушай, слышишь, осень режет на гармошке
Автостоп-блюз, автостоп-вальс, твой танец,
Каково, когда Снусмумрик осторожно
В полуночь твоих волос вдевает пальцы?

Ты привыкла поплавки, ключи и бусы
В расписной шкатулке прятать по-хемульи,
Что ты чувствуешь теперь, когда Снусмумрик
Курит трубку, в темном тамбуре ссутулясь?

По привычке достаешь две белых чашки,
С непривычки осень кажется жестокой.
На веранде дует ветер; понимаешь,
Как тепло, когда Снусмумрик спит под боком.

18.09.2006 — 08:02

***
Все говорят «чудовище» и «дикий»,
А я, дурак, ручнею понемногу.
Рычать — умею, а учусь мурлыкать,
Какая же скотина я, ей-богу!

Да, я такой. Я озорной, лохматый,
Не то бойцовый пес, не то щенок.
Вот ноги в тапках. Сверху край халата.
И вот он я. Живу у этих ног.

26.09.2006 — 05:47

За дверью остались.
Хлопнула.
Вышла в солнце, травы, ветер…

А тебя ищут по карнизам и переулкам,
Читают дневник,изучают playlist,
Медленно понимают.

Что ты просто не выросла
Из Алисы и Элли
И к весне непременно вернешься.

17.11.2006 — 13:11

Суровой ниткой сшили нас двоих,
Пусть все давно прошло и отболело,
Пусть мы нашли прибежище в других,
С другими все равно фальшивит тело,
Как скрипка в незнакомых ей руках.

20.01.2007 — 16:35

***
У королевы часы на цепочке и руки в кольцах,
Королева — рыжее, золотое солнце.
Принцесса бы плакала под лестницей в кресле,
У королевы глаза сухи, сердце не на месте.
У королевы слева стучат часы, сердце стучит справа,
У нее все права, но на себя нет ни права,
Ни времени, ни надежды.
У королевы белы одежды,
У королевы душа в перчатке,
У королевы дракон в печатке,
С дракона все взятки гладки.

3.03.2007 — 14:47
У меня альтер эго – бродяга. Он сволочь. Он курит.
В моих легких чужого отечества сладостный дым.
Эта сволочь в эльфийской рубашке и порванной куртке,
Почему-то, хоть тресни, не хочет остаться чужим.

Альтер эго не любит трепаться, тусовку и город,
Среди шумного бала он, сволочь, все время молчит.
Он тихонько смеется, когда мне гламурно и томно,
Как подъездный кошак, он шипит и от кофе торчит.

У меня альтер эго – бродяга. Он сволочь. Он в танке.
Упираемся вечно локтями: я здесь, а он тут.
Я пытаюсь заснуть под подушкой – он дрыхнет под ханкой,
И его облака перегара в затылок мой бьют.

От его переборов мне сводит немедленно скулы;
Альтер эго не слушает рок и под арфу блюет.
Он неправильно тянет, невовремя дышит и, хмурый,
В душевой еженощно про трассы и фары поет.

У меня альтер эго – бродяга. Он сволочь. Он смылся.
На моих губах горечь его сволочных сигарет.
Нам бы встретиться… Он бы меня раз – убил, два – влюбился,
И видал бы в гробу голливудский хромой хэппи-энд.

23.03.2007 — 10:53

***

Мне кажется, ты нарисована
Кисточкой для иероглифов.
Лицо аккуратно раскрашено…
Не ходи купаться, пожалуйста.
Я боюсь, ты растаешь,
Я боюсь, ты утонешь,
Я боюсь, ты потеряешь лицо.

18.05.2007 — 11:41

 

***
Моя любовь не ведает границ.
Все стены пали, все различья стерты,
Погоны спороты.
Теперь я знаю твердо:
Моя любовь не ведает границ.

Моя любовь не ведает замков.
Она сама — замок, и ключ, и двери,
Ты можешь притворяться — я поверю,
Моя любовь не ведает замков.

Моя любовь не ведает любви.
Она открыла в первый раз глаза.
Ты можешь мне ни слова не сказать —
Моя любовь не ведает любви.

19.10.2007 — 14:38

***
В преддверии праздников
На окраине города
Колючие ели в снегу и молчании
Ждут, когда кто-нибудь тронет их лапу,
Когда зябко-зеленой и желтой уютной гирляндой
Фонари их украсят,
Когда кто-то пройдет вдоль моста, возвращаясь домой,
Размышляя о твидовом черном пальто и улыбке соседки.

Я в преддверии праздников снова прочту
Все любимые повести про Рождество и Сочельник,
Потеряю перчатки в пути — их подарят еще
Те, кто пару раз в год приезжает из дальних краев.
Кошка прячет под серую лапу чувствительный нос,
И не страшно ничуть, и тепло, как бывает зимой.

26.12.2007 — 11:07

Интермедия
Он – в помятых кружевах и растрепанный, сразу видно, что только что из схватки, смотрит вверх.
Она – в помятых кружевах и растрепанная, сразу видно, что только что из постели, смотрит вниз.

– Клик-клик, стук в окно, здесь места так много, я вас жду весь год, баронесса, долго ли еще ждать?
– Ах, это странно, сударь, странно, а мы знакомы?
– Право же, баронесса, мы знакомы тысячу лет, вам не кажется так?
– Ах, не вы ли звали меня, не звали вы?
– Баронесса, ваша кровь с молоком, сердце с коньяком, порция льда – и шагните вперед, что же вы вздрогнули?
– Ах, сударь, мне кто-то взглядом жжет спину, жжется…
– Это кажется вам, баронесса, в этой квартире никто не живет, все умерли, что же вы замерли?
– Ах, высόко лететь, сударь, высоко лететь…
– Это кажется, баронесса, вам кажется эта пропасть, кажется звон проводов, это все только кажется вам!
– Ах, удержите ли меня, сударь, сможете ли…
– Так крепче сжимайте, до хруста сожмите пальчики, ваша линия длинная – чего ж вы боитесь, баронесса моя?
– Ах, боюсь вас, сударь, так боюсь вас…
Он – скрипит зубами и отводит глаза в сторону.
Она – томно вздыхает и возводит глаза к небу.

– Черт возьми, баронесса, вы тратите мое время, тратите!
– Боже, как вы двуличны, не верю вам, сударь, я вам не верю!
– Черт возьми, я приехал только для вас, лишь ради вас, баронесса!
– Боже, что же мне делать, что делать мне, сударь!
– Черт возьми, что вы делаете со мной, баронесса, вы что!
– Боже, я прямо не знаю, сударь, мне весело, я делаю шаг вперед!
– Черт возьми, сколько бы вы не весили, баронесса, я готов!
Он – распахивает объятья и упирается каблуками в землю.
Она – распахивает крылья и отталкивается босыми пятками от подоконника.

Стоп, снято.

12.03.2008 — 08:46

***
Когда имя стало буквами,
Когда буквы стали золой,
Мы наконец поднялись над страхами, над мечтами.
Прячься, не прячься – они выдавали всегда, кололи глаза.

Когда грохот утих,
Когда улеглась пыль,
Мы взглянули друг на друга
И в знакомых чертах наконец отыскали следы
Тех, кого звали на зеркало ночью.
Они уже приходили.

Когда мы перестали ждать,
Когда мы встретили у пристаней новый день.
И наши золотые шрамы поблекли,
Стали воспоминанием об ударах,
Которые мы наконец научились держать…

Тогда мы наконец сделали первый шаг,
Первый шаг по дороге в тысячу ли.

15.04.2008 — 09:43

Голос неумелого

Трижды подумай, ушей услада, —
Надо ли говорить, не надо ли?

Если все сыты, взгляды беспечны,
Ты о высоком начнешь ли речи?

То, что смешно, будет ли пристойно,
То, что заденет, не слишком больно ли?

Что искушенному станет лепетом,
Только прозревшего — не ослепит ли?

…Чрезмерно тонок я душой. И вновь слова
Свивать в причудливый узор оставлю вам.

———

Под явным влиянием проекта Fallout: Genesis — людей и слов

***
Я понял теперь, как жить, я всё уже рассчитал,
А мне говорят: любитель — ещё не профессионал,
А потом говорят: смотри
И вскрывают всех изнутри.

Вот лежит перед ним дорога, шаги легки,
Никому ничего не должен, ни грошика, ни строки,
Его взгляд вечно светел, а пятки черны, как смоль,
Только это в балете не ведущая роль.

Вот она хороша как день, а местами ночь,
Она делает всех красиво, и все не прочь,
Она знает, она королева и лох король,
Только это в балете не ведущая роль.

Вот расписной программер, он знает, что мир непрост,
Есть много секретных данных, закрытый форум и пост,
Есть тысяча упреждений и двадцать один пароль,
Только это в балете не ведущая роль.

Вот её добрый мир, и вот её тёплый дом,
И много гостей ежедневно бывает в нём,
И каждый уйдет довольным, рассыпав соль,
Только это в балете не ведущая роль.

Вот яростный пламень веры в его зрачках,
И в этом строю он первый, и нахрен страх,
И рвутся в лохмотья нервы, и нахрен боль,
Только это в балете не ведущая роль.

А ведущая роль в балете давно пуста,
Ты думаешь, это эта — да нет, не та,
Ты думаешь, текст канает — не проканал,
Видишь ли, ты любитель,
А не профессионал.

А профессионал один, он придумал нас,
И много своих подобий вложил в рассказ,
Врут поди, что двоих всего — Ева, мол, и Адам.
Мы ведь — такие разные. От мистеров до мадам.

————————————————————
Он тобой придуман, долго ли, коротко ли,
Взят щепоткой от синьки, от асфальта угольком,
Искоркой от горелки и единым выдохом выращенный,
Удался, теперь давай, досласти и посоли,
Благими помыслами что там еще было вымощено?

Он хромой монтажник позитива, он сука, личность,
Он бросает курить каждый день, ты сверяешь часы.
Он общается то на матерном, то на птичьем,
Он боится ездить в метро, а ты бормочешь «не ссы».

Ты угрюмый голубь подземки, ты бьешь в стекло,
Ты ломаешь ему весь настрой, он теряет фазу,
Ты пухом стелишь ему, применяешь кросспол,
Ты тронешь его с утра, а он не здесь ни разу.

Чертовы ангелы автострад сводят вас, как судорога,
Его все несет не пойми куда, а тебе встает втридорога,
Ну не ездил бы без гудка, не ездил, ну, дорогой,
Но ты его придумал, тебе и жить внутри морока.
Ты его придумал, долго ли, коротко ли…

18.09.2008 — 11:23

Его жизнь — это бег,
Меж ударами пульса
Сто тысяч шагов.
Он живет на ветру, он летит,
Не-смотря ни на что.
Не пытаясь увидеть лица,
Словно грозовый всполох,
Единым мгновением жив.
Здесь-сейчас.

Я твой берег.
Всегда проносящийся мимо.

22.11.2008 — 12:59

***
Меж нами огромный камень.
Я приложила ладони с одной стороны —
С той, что за день нагрелась: тепло.
Ты приложишь ладони с другой —
Там, где тень.

Ай, между нами огромный камень.

Слышу шорох за камнем.
Там галька скрипит под ногой.
Если был бы камень прозрачным,
И сине-зеленым, как волны,
Я бы видела твой силуэт.

Ай, я слышу лишь шорох за камнем.

Вокруг камня по солнцу пойду,
Чтобы встретить тебя,
В это время по солнцу
Ты тоже пойдешь неспеша.
Долго-долго не встретимся мы…

Ай, я скорее по солнцу пойду.

Когда камни укутает ночь, ты устанешь,
На колени в песок упадешь, обессилев.
Я устану и к камню плечом привалюсь.
И в молчании станут слышнее
Сверчки и прибой.

Ай, скоро камни укутает ночь…

5.12.2008 — 20:49

стих, написанный вечером,
в отсутствие всякого присутствия
(петь тонким жалостным голосом)

***
Дождик капает по крыше,
Слякотно, темно и мерзнет носик.
Но гудок знакомый мне не слышен,
Где же, где же мой паровозик?

А мой паровозик уехал,
Туда, куда никто не клал рельсы,
И вот мне теперь не до смеха,
И вот мне теперь не до песен.

Паровозик мой лежит на лужайке,
Греет он зеленое пузо,
А я хотел попасть домой, как зайка,
А я стою на остановке, как лузер.

Раз-два-три-четыре-пять,
Я пойду его искать,
Паровозик-паровоз
Вынес мне последний мозг!

А я пойду искать его на небо,
Буду прыгать я, куда не звали,
Потому что я на небе не был,
Может, паровозик там летает?

Мой паровозик уехал,
Он собирает цветочки.
Вот какая вышла потеха,
Только мне невесело очень.

Я спущусь искать его под землю,
Я пойду туда, куда меня не просят,
А что это за свет в конце тоннеля?
Наверно, это мой паровозик!

УРА-А-А-А!

30.04.2009 — 19:37

***
Что за встреча, полковник! Позвольте, присядьте, сюда,
Как я рада вас видеть в моем захолустье, мон шер!
Нашу встречу сегодня — да-да! — осияла звезда…
…Я бы вас воплотила легко, без особых потерь.

Я всему научила бы вас, мой прекрасный герой:
Брать барьеры, брать штурмом, брать женщин и брать на испуг,
Иронично заламывать бровь и стоять над толпой,
Остальное само прирастет, без сомнений и мук.

Я вложила бы в голос ваш горечь непролитых слез,
Примесь крови эльфийской — в ручьи ваших утренних снов,
Ворох солнечных бликов — в волну ваших темных волос,
В ближний круг — пару верных друзей и с десяток врагов…

Я бы вас полюбила навеки, о мой персонаж,
Нежной матерью стала бы я и ревнивой женой,
Временами неверной; да я и сейчас неверна,
И в блокноте моем персонаж обитает другой —

Элегантный мерзавец с рапирой (седой весь, как лунь).
А еще есть девица-охотница (ищет отца),
Синеглазый колдун (обожает вишневый шампунь),
Полоумная жрица (слепая)… и так без конца.

Черной беличьей кисточкой по вашему плечу
Я опять проведу, и услышу невольный ваш смех,
Силуэт дорисую — и тотчас вас в квенту включу:
Вы, пожалуй, получше многих; хотя и не всех.

Как? Опять? Вы откажете мне, мой блистательный принц?
Эй, постойте, полковник, что значит «у нас там война»?
Вы уж довоевались до шрамов, до звезд, до седин…
Как хотите; но встанет меж нами отныне стена!

…Ты останешься именем в длинном забытом ряду.
Если вспомню еще раз — впишу, так и знай, в дивный текст —
Есть один незаконченный… В общем, ты снись — пока жду.
Мой почти настоящий, которого, в общем-то, нет.

25.05.2009 — 20:22

***
Эти двое расстаются легко, как облака,
на минуту, на час, навеки.
Эти двое встречаются каждый раз, как первый.
Вечные дети своего времени,
у них всегда лето.
Летом бывают грозы, пожары, шквалы…
Лето бывает. Им этого хватает.

Ангелы рождаются из их сплетенных запястий,
их дурашливых песенок, их коротких ссор,
их торопливых завтраков.
Мелкие, невидимые, пестрые, сущий пух и перья —
и все-таки ангелы.
Если разрушение царапается в окна к этим двоим,
легион ангелов в единый миг встает на крыло.

Эти двое давно не рассчитывают беды и флаги
по порядку, на свой-чужой.
Эти двое не подают никаких надежд,
никаких сигналов.
Она не кашляет больше,
его винтовка закопана в подвале,
они уже ничего не боятся.
У них одна группа крови на рукаве,
а в жилах течет иван-чай, озерная синева.

Иногда его прихватывает тоской —
зимней, осенней ли…
Она красит волосы в рыжий,
заваривает июль на меду,
фыркает ему в ухо, мурлычет под зябкой ладонью —
это всегда помогает…
И он говорит вдруг:
эй, собирайся, мы едем летать с парашютом,
слышишь — летать, а не прыгать!

Иногда и на ней он заметит паутину печали,
медную патину с прозеленью, с перламутром.
Он выжигает печаль — нитка за ниткой, вручную и молча,
с терпением солнца,
а потом достает свою старую флейту
вишневого дерева, черную шляпу…
И она говорит вдруг:
как солоно! да, вся еда пересолена,
значит, ты сильно влюблен?
А пойдем на Арбат — ты со шляпой и флейтой,
я с бубном?..

Творец, на них глядя, душой отдыхает —
Одной на двоих.

21.10.2009 — 19:38

Дождь на плечи, ладони, волосы —
Не начать, и не перестать.
Мы помним потоп, но, Господи,
За водою идем опять.
Через все барханы небесные,
Сорок лет шелестя песком…
Дай попить — сами мы не местные,
Дождь над городом — как крыло.

28.07.2010 — 20:47

 

 

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Upcoming Events

Нет предстоящих событий

%d такие блоггеры, как: